Понедельник, 19 ноября 2018 18 +   Подписка на обновления  RSS  Письмо редактору

Ученый Манфредс Шнепс-Шнеппе: Старая Европа начинает говорить о сближении с Россией

07 марта 2017

Neatkarigas Rita Avize, Латвия© РИА Новости, Сергей Венявский | Перейти в фотобанкУченый Манфредс Шнепс-Шнеппе: Старая Европа начинает говорить о сближении с Россией

07.03.2017233405TweetВиктор Авотиньш (Viktors Avotiņš)

Доктор технических наук, профессор, ведущий исследователь Вентспилсского центра радиоастрономии Манфредс Шнепс-Шнеппе является автором книг не только по тематике, связанной с его основной специальностью (телекоммуникации), но и о народном хозяйстве, истории (о Волдемарсе Озолсе, немцах в России, Карле Балодисе), а к 100-летию Латвийского государства написана книга «Латышские стрелки. Как пробуждался бунтарский дух». NRA хотелось узнать, как ученый оценивает влияние на Латвию происходящих в мире, в Европе процессов, и поэтому в нашей беседе тема стрелков переплетается с размышлениями о мировом порядке.


NRA: О чем вы думаете в последнее время, что сделали?

Манфредс Шнепс-Шнеппе: Я закончил книгу, посвященную сфере, в которой активно работаю до сих пор. О телекоммуникациях Пентагона. Она появится приблизительно через месяц. Чем интересен Пентагон? Он существует на деньги налогоплательщиков, и вместе с этим является достаточно открытым. Можно сказать, что вся стратегия телекоммуникаций в мире проходит через Пентагон. Мы можем своевременно осознать, какими путями не нужно идти, потому что и там (в Пентагоне) ошибаются. Книга задумана как учебное пособие для тех, кто хочет оживить отрасль. Для меня это, как наследие ВЭФ. Еще я публиковался на тему EuroRussia.


— Сейчас не похоже на то, что сторона политики Euro сильно расположена к поцелуям со стороной Russia.

— Политика так быстро меняется… В течение одной-двух недель. Помните, экс-президент Латвии Андрис Берзиньш два года назад собирался ехать в Москву на празднование 9 Мая, но националы и еще кто-то стали его ругать. Или, может быть, в посольстве Америки что-то сказали… Этого я не знаю, но Берзиньш не поехал. Вопрос: кто поехал? Единственным из видных государственных деятелей, приехавших в тот раз Москву, был президент Чехии. Следующий вопрос: почему он поехал? Из-за того же проекта EuroRussia. Из-за богатств Урала. Когда Путин в Петродворце принимал лидеров «восьмерки», в своей речи он назвал два проекта. Все помнят газовую трубу по дну Балтийского моря, но не помнят второй проект — освоение восточного склона Уральских гор. Урал освоен менее, чем наполовину. В свое время это призывал делать Менделеев и даже при царском премьере Сергее Витте разрабатывал соответствующие проекты… Согласно современным проектам, необходимо построить семь новых городов. Построен только один. На французские деньги. Французы строили огромный комбинат сжиженного газа. Но главными из тех, кто будет реализовать проект, Путину тогда казались немцы. Это развалилось, хотя в определенной мере — продолжается.

Второй важный для Европы проект — Транссибирская железная дорога, конечным пунктом которой был порт Вентспилс. Но теперь говорят о «Новом шелковом пути». Месяц назад это обсуждалось в Риге. «Новый шелковый путь» — новая Евразийская транспортная система, которую развивает Китай в сотрудничестве с Казахстаном, Россией и еще несколькими странами. По приблизительным подсчетам, в орбите «Нового шелкового пути» будет находиться 4,4 миллиарда человек — более половины населения мира. Его начальный пункт — город Иву в 250 километрах от Шанхая, далее — через Россию до Мадрида. Это один вариант…

Германия — официально проамериканская, но немецкие компании, которые хотят выжить, не заинтересованы, чтобы Америка взяла верх, и поэтому они занимаются и проектом по Уралу, и железной дорогой. Но для всего этого есть филиалы в Чехии, и финансирование идет через чешские банки. Поэтому президент Чехии ездил в Москву. И Берзиньшу надо было туда ехать. Латвия зависит от транзита. Если есть транзит, Латвия будет. Если нет транзита — нет Латвии.

— Выходит, что санкции это не только «фуй» в адрес России, но и средство для передела власти в самой России?

— Россия чрезвычайно богата, у нее очень большая территория, но маленькое количество жителей, чтобы сохранить богатство и территорию. У России пятая часть (21%) мировых ресурсов, 12,6% территории мира и 2,4% населения. У меня есть материал Stratfor о том, как предусматривается разделить Россию. Путин мешает глобализации. Путин виноват.

Почему глобалисты поступают таким образом, отдавая предпочтение не партнерству, а разделу России, — мне неизвестно… Но реально игра очень большая. Через Украину хотели начать мировую войну. Сейчас это, кажется, миновало.

Теперь появился Трамп, который так же, как и Путин, хочет ликвидировать «Исламское государство» (запрещенная в России организация — прим. ред.). Если он не сумеет его ликвидировать, изменится вся Европа. Европа становится исламской. Уже подготовлено 40 миллионов, которые могут переместиться. Мир становится все более диким. Еще 20 лет назад американский экономист Лестер Туроу прогнозировал неизбежное усиление религиозного фундаментализма и этнического сепаратизма. Это будет наблюдаться, к примеру, в исламизации Европы.


— Чем, на ваш взгляд, закончится эта игра?

— В свое время у разорвавшего связи с Гитлером Карла Хаусхоффера (будучи вызванным на Нюрнбергский трибунал в качестве свидетеля, он совершил сеппуку (самоубийство, то же, что харакири — прим. ред.), а его жена приняла яд) была идея — построение Евразии. Япония, Россия, Германия. И этот проект сейчас может реализоваться…

— Но разве это не утопия? Вы сами в книге о стрелках цитировали прогноз Stratfor: «В Европе нет ни одного государства, которое может поддержать такой альянс. К примеру, Польша и Франция являются сильными противниками такого альянса. Альянс между Германией и Россией вызвал бы страх и ужас во всей Европе». И Америка тоже не хочет такого альянса.

— И все же — европейская аристократия не хочет жить под диктатом США. В связи с ожидаемой исламизацией, а тем более из-за нежелания становиться колонией США через Трансатлантическое партнерство ситуация в Европейском Союзе кардинально меняется. В таких условиях Старая Европа, ее аристократия, крупные корпорации начинают говорить о сближении с Россией…

— Но как они договорятся? Цитируемый вами российский историк и социолог Андрей Фурсов считает: «Россия — это «антисистема Запада». У России другая (скорее, альтернативная) модель развития мира. Эту модель, которую можно назвать «сталинской», или моделью «красной империи», возможна только на основе технической, экономической и финансовой независимости от мира капитализма…».

— Думаю, что сегодня важнее ответить не на вопрос «альтернативой чему является Россия?», а на вопрос: «что является альтернативой глобализму?» Это одна из версий.

— В моем субъективном восприятии, и в книге о стрелках у вас главным является контекст — политическая, историческая «цветочная клумба», в которой до сего дня все копаются, а не сами стрелки, как таковые.

КонтекстРоссия утверждается как державаLa Vanguardia06.03.2017Дугин: Европа умственно слабаIl Foglio06.03.2017Европа или Анти-Европа?Project Syndicate01.03.2017Европа между тремя сверхдержавамиThe Guardian20.02.2017— Интересоваться латышскими стрелками я начал лет 40 назад. Теперь хочется понять, что я могу сделать к 100-летию Латвийского государства. С Латвией связано только два факта мирового значения. Первый — здесь были прибалтийские немцы, которые после Полтавской битвы сдались Петру I, получили грамоту о милостях, обеспечивавшую им прежние права взамен на честное служение России. И они двести лет, до Первой мировой войны, строили Россию.

Второй факт — это латышские стрелки. Те, кто в Риге в мае 1917 года, за пять месяцев до Октябрьской революции, совершили пролетарскую революцию. Мирно, без стрельбы… Проголосовали против Временного правительства. Да, в итоге стрелки оказались спасителями и Октябрьской революции. Те историки, которые сейчас у власти, не признают упомянутую пролетарскую революцию. Об этом нельзя говорить. В советское время об этом нельзя было говорить, потому что первыми были Ленин и Петроград. Это осталось как бы за рамками истории. Но это культура. Это была борьба за справедливость, за справедливое государство… Она была всегда со времен библейских заповедей. Справедливость — это главное из того, что было и есть. Этим Трамп и победил на выборах — обещанием, что у народа будет благосостояние.


— Каково ваше отношение к стрелкам, к тому, что их сделало «фактом мирового значения»?

— Очень важный вопрос — независимость Латвии. Германия появилась, когда мир уже был разделен. Англичане очень успешно подстрекали немцев на войну с Россией. Германия проиграла, и для того чтобы отдалить Германию от России, англичане организовали эти государства вдоль границы. Этот пояс, который сегодня всего лишь перешел в сферу влияния американцев.

Одна из глав моей книги называется «Трагедия латышских стрелков. Геополитические аспекты». Там есть две карты, которые отражают планы Англии. На карте от 1919 года Латвии нет. На карте, появившейся через год, Латвия уже есть. Однако фактически она была признана лишь тогда, когда Россия официально отказалась от этой территории. До Мирного договора 1920 года независимости не было. Только после него Латвию приняли в Лигу наций.

И в бермонтовских боях решающую роль сыграли английские и французские военные корабли, которые остановили продвижение Бермонта на Петроград. Все эти долгие годы британское и французское правительства не хотели раскрывать своим народам объективную правду о том, что во время Бермониады их флоты на самом деле воевали на стороне большевиков. Фактически Антанта вовсе не была заинтересована в сохранении своего соперника — Российской империи.

Англичане сохранили и Карлиса Улманиса. Вместе с этим можно говорить, что Латвийское государство организовали англичане и реанимировали американцы. После развала СССР. Это рассказ о независимости…


— Вряд ли череда вызванных Брекситом событий принесет что-то хорошее маленьким государствам…

— Прочему маленькое государство не может выжить? Маленькое государство спокойно может выжить. Маленькое государство красиво. Латвия так красива.


— Но позволят ли ей выжить? Хотя бы та же Европа…

— Об этом должны договориться большие государства. Как это произойдет — не знаю. В свое время была Ялта. В моем восприятии, будущее Латвии может быть только в экономическом пространстве России. Политически это можно выстраивать по-разному, но экономически — там.

— С экономической точки зрения с вами согласятся довольно многие, но социально-политическая точка зрения, по-моему, в основном будет противоположной.

— Будет противоположной… Но это изменится.

Я прохожу мимо Вентспилсского порта, который превратился в пункт внутреннего транзита в Балтийском море. О тревожном прошлом, о событиях 1905 и 1917 годов напоминают лишь памятники. Сохранилось только главное богатство Латвии — ее географическое положение, место у моря. Были бы еще богатые соседи и хорошие отношения между ними, чтобы шли транзитные грузы. Вернее, было бы умное правительство, способное дружить с соседями…

(Публикуется с небольшими сокращениями).

 

Источник


Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *

© 2018 Первая Полоса
Дизайн и поддержка: GoodwinPress.ru