Вторник, 21 ноября 2017 18 +   Подписка на обновления  RSS  Письмо редактору

Так и не разоблаченный шпион. Американский крот — прямо в космическом городке

30 апреля 2017

Technet.cz, Чехия© РИА Новости, Александр Моклецов | Перейти в фотобанкТак и не разоблаченный шпион. Американский крот — прямо в космическом городкеСказал «Поехали!»

30.04.20170151TweetКарел Пацнер (Karel Pacner)

Часть главы из книги «Секретная гонка за Луну», которая выйдет в мае 2017 года.

 

Американское ЦРУ до сих пор не раскрыло, кто был его шпионом прямо в звездном городке, где разрабатывалась советская космическая программа. Вероятно, это был кто-то из занимавших высокую должность, поскольку он передавал точную информацию. В ближайшее время, по всей видимости, правду мы так и не узнаем.

Американская разведывательная служба ЦРУ хотела шпионить за советской космонавтикой с самого начала. КГБ, в свою очередь, был заинтересован в лунном проекте «Аполлон». Москва и Вашингтон считали высадку первого человека на Луну делом престижа, достижением, которым они будут хвастаться перед остальным миром как доказательством совершенства своей политической системы.

Первый спутник и первая попытка шпионажа

Первый спутник земли «Спутник 1», который не умел ничего, кроме как отправлять сигналы о своем существовании, СССР запустили четвертого октября 1957 года. Для Белого дома это не стало неожиданностью. В декабре 1955 года Центральное разведывательное управление (Central Intelligence Agency — CIA) прогнозировало, что СССР удастся запустить спутник в течение 1958 года.

Картину советских космических разработок составляли специалисты Национального центра расшифровки фотоснимков (National Photographic Interpretation Center) в штаб-квартире ЦРУ. Специалисты основывались на фотографиях, сделанных с самолетов-разведчиков, а затем и со спутников, а также на материалах прослушивания, обеспеченных Агентством национальной безопасности (National Security Agency — NSA). Дополнением служили донесения агентов с места событий, а также информация от дружественных спецслужб, прежде всего от британской «МИ-6/SIS».

Американцы недооценили роль межконтинентальных ракет. Еще в начале 1957 года их важность преуменьшалась, а роль стратегических бомбардировщиков, которыми располагали США, наоборот, переоценивалась. Однако в секретном сообщении президенту от 18 августа говорилось, что СССР осуществил первые испытания этих ракет большой дальности. Агентство ТАСС признало это по прошествии нескольких дней. А в меморандуме от десятого декабря специалисты ЦРУ пришли к выводу, что разработки этих ракет «имеют для СССР особенный приоритет».

В августе 1958 года ЦРУ предполагало, что совсем скоро Советы отправятся в космос: приблизительно в 1960 году отправят первого космонавта и автоматические аппараты на Луну, облет Луны будет совершен в 1962 году, а через три года там может быть совершена высадка. Американцы боялись, что еще в 1959 году Кремль завершит размещение более ста межконтинентальных ракет с ядерными боезарядами, а поскольку у США их было мало, то отставание в этой сфере был налицо. Только когда в начале 60-х годов благодаря разведывательным спутникам была обследована советская территория, оказалось, что все было мифом.

СССР высадит человека на Луну в 1967 — 1968 годах. Таким был прогноз Разведывательной сводки ЦРУ (National Intelligence Estimate), представленной президенту Кеннеди пятого декабря 1962 года. Тем не менее надежных источников для подкрепления этих утверждений у разведчиков не было.

Станция прослушивания и разведывательный спутник

Еще в 50-е годы Соединенные Штаты сосредоточились на создании технических средств разведки. Причина ясна: среди советских граждан трудно было найти людей для шпионажа.

США начали со строительства радиолокационных станций и пунктов прослушивания вблизи советских границ, прежде всего в Турции и Иране. Их специалисты научились читать сводки электронных сигналов и на их основе прогнозировать запуски ракет и их характеристики, а также подготовку к ядерным испытаниям.

США отправляли самолеты-разведчики RB-45 Tornado и U-2 для полетов над советской и китайской территорией с начала 50-х годов. Самолеты летали на больших высотах, недоступных для обычных истребителей.

Космодром Байконур — Тюратам американцы контролировали с самого начала. Весной 1957 года один пилот самолета-разведчика U-2 заметил во время полета над Туркменией нечто интересное в той области Казахстана. Пилот изменил намеченную трассу, чтобы присмотреться. В этом месте русские испытывали новые военные ракеты и строили большое количество наземных объектов.

© РИА Новости, Алексей Филиппов | Перейти в фотобанкГород Байконур

Как только ЦРУ установило местонахождение базы, туда стали отправлять разведывательные самолеты. Когда специалисты получили снимки с них, то ужаснулись. Советы опять пытаются нас провести! Городок Байконур находится примерно в 200 километрах к северу от монтажных корпусов и стартовых площадок. Чаще всего они расположены ближе (около 30 километров) к старому казахскому городу Тюратам. Поэтому этот космодром вошел в историю как Байконур — Тюратам: первое название использовалось на Востоке, а второе — среди специалистов и военных на Западе. Официально он назывался Научно-исследовательским испытательным полигоном номер пять (5-НИИП), который был в ведении Министерства обороны. Обширные степи Казахстана скрывали еще и базу межконтинентальных ракет с атомными боеголовками, которые были нацелены на США.

Однако первого мая 1960 года СССР удалось с помощью зенитного комплекса С-75 «Двина» сбить U-2, и его пилот Фрэнсис Дж. Пауэрс был схвачен. Американцы перестали отправлять эти самолеты для полетов над СССР, а в 1966 году их заменили более совершенными самолетами SR-71 Blackbird. За два десятилетия над советской территорией или вблизи нее полеты совершили десять — двадцать тысяч U-2, RB-45 и B-47, оснащенных радиоэлектроникой. При этом минимум 31 самолет был сбит, а большинство членов экипажа арестовано или пропало без вести.

В начале 60-х годов всю основную работу взяли на себя разведывательные спутники. Американцы намного опережали СССР в области микроэлектроники и фотографической техники. Непосредственного космического разведчика под кодовым названием Discoverer 1 США запустили 28 февраля 1959 года. Однако оборудование не сработало, и никаких данных получить не удалось.

С техническими сбоями американцы сталкивались и позднее. Только 11 августа 1960 года им удалось получить первую капсулу со спутника «Дисковерер 13». Это был первый объект, который неповрежденным вернулся из космоса. Однако вместо «фототрофеев» он доставил американский флаг: его снимком с президентом Эйзенхауэром должен был ознаменоваться большой космический успех США.

Только следующий «Дисковерер 14», запущенный 18 августа, сделал снимки советской территории. Но у американцев еще не было идеальных отображающих и ретрансляционных методов, чтобы принимать по радио с орбиты фотографии хорошего качества. Поэтому была разработана система отправки капсул с пленками со спутников. Капсула на парашюте спускалась на Землю, ее ловили с самолета сетью налету или вылавливали на корабле из моря.

С лета 1960 года американские спутники снимали территорию коммунистических стран, прежде всего СССР и Китая. Другая аппаратура перехватывала все радиосигналы. Техника давала американцам полное представление о состоянии стратегических сил противника, а также о космических полетах. Тем не менее эту информацию необходимо было дополнять и уточнять с помощью других источников, прежде всего агентурных.

КонтекстБайконур: гордость и предубеждениеGazeta Wyborcza12.04.2016Россию не отпускают с БайконураИноСМИ21.01.2015Уйдет ли Россия с Байконура?EurasiaNet19.11.2014Ближний космос: спор вокруг БайконураGeopolitika06.03.2013
Скорпион — тревога на Байконуре

В ноябре 1962 года тесное сотрудничество НАСА и ЦРУ наладил заместитель директора космического агентства Хью Драйден. Он передал разведчикам перечень самых разных признаков, которые свидетельствовали о прогрессе в ракетно-космической области. «Все уверены, что если СССР соперничает с американской программой высадки на Луну, то их летные испытания, тесно связанные с этим устремлением, должны начаться в течение одного года — двух лет», — говорилось в докладе НАСА. Космическое агентство интересовало, насколько далеко русские продвинулись в строительстве мощной ракеты, и какого уровня достигла их техника, прежде всего электроника и системы управления.

«Однако в начале 60-х годов ЦРУ располагало ограниченной информацией о советской космической программе, — написали историки Дуайн А. Дэй и Асиф Сиддик в 2003 году в журнале Spaceflight. — Большая часть донесений основывалась на двух основных источниках: снимках космодромов, сделанных спутниками, и телеметрических сигналах ракет, перехваченных наземными станциями». По словам Дэвида Дойли, который занимался изучением советских ракет, у ЦРУ в СССР не было постоянного агента.

Разведывательные сводки ЦРУ, описывающие советскую ракетную и космическую программу и датированные периодом с 31 октября 1946 по восьмое августа 1991 года, стали известны после рассекречивания и были опубликованы в интернете. Большая часть этих 45 донесений была основана на данных технической разведки: удаленном прослушивании и космических снимках. Их достоверность разнилась: были и ошибочные, и очень точные сведения. Но сюрпризов не было. Правда, в шпионской практике это нормально.

Однако и у спутников были свои минусы. Они огибали Землю по одинаковым орбитам, поэтому противник мог легко просчитать, когда фото- или «телешпион» окажется над головой, и вовремя скрыть важные вещи. Однако утаивать подготовку к крупным испытаниям ракет и космическим запускам не было смысла. И все же когда радары ПВО установили, что приближается американский разведывательный спутник, военный командующий ракетной базой Байконур объявил тревогу под кодовым названием «Скорпион 3». Прилет самолета-разведчика назывался «Скорпион 2».

«Скорпион 1» означал, что в поезде по маршруту Москва — Ташкент, который проезжал через местную железнодорожную станцию, сидит какой-то иностранец. Однако это случалось нечасто, поэтому шансы рассекретиться были минимальными. Шутники на космодроме знали, что такое и «Скорпион 4»: «В монтажный ангар или на взлетную площадку идет Королев».

Кроме того, американцы следили за деятельностью на ракетных базах с помощью специальной радиоаппаратуры, установленной на территории стран, граничащих с СССР. Общемировая сеть радаров и телескопов помогала следить за всеми советскими спутниками с момента их запуска и в течение всего их полета вплоть до возвращения или разрушения.

Оба государства скрывали эту деятельность и долгое время утверждали, что ничем подобным не занимаются. Но такая ложь — привычное дело в шпионаже.

Гагарин: по московскому радио через час после американцев

«У нас есть данные, из которых следует, что ночью русские собираются отправить человека в космос», — заявил во вторник 11 апреля 1961 года директор ЦРУ Аллен Уэлш Даллес президенту Джону Фицджералду Кеннеди.

Президент махнул рукой: «Не будите меня из-за этого».

Слежение за этим полетом стало уникальным успехом системы аэрокосмической обороны американского континента NORAD. Американский радар в Турции зарегистрировал в 1.07 по восточному времени США запуск ракеты Р-7 известной под кодом Пентагона как SS-6 с базы в Тюратаме в Казахстане. Через 13 минут станция радиотехнического шпионажа Шемия, находившаяся на двух малюсеньких островах архипелага Алеутских островов, перехватила русскую речь из космоса: первый человек был отправлен на орбиту. Через пять минут после этого в Вашингтон отправилось зашифрованное сообщение.

Дежурный генерал из Пентагона передал в 1.30 по телефону эту информацию научному советнику Белого дома Джерому Уиснеру. Профессор позвонил пресс-секретарю президента Пьеру Сэлинджеру. С момента начала полета Гагарина на «Востоке-1» прошло 23 минуты.

Но остальной мир пока ни о чем не знал. Московское радио передало эту новость только в 10.08 по местному времени, то есть через час после того, как американцы обо всем узнали.

Космонавты — преимущество перед запущенными спутниками

Первоначально советских генералов полеты человека в космос не интересовали, ведь все это безумные фантазии! Но в итоге главный конструктор ракет большой дальности Сергей Королей привлек их на свою сторону, пообещав большой спутник, который будет оборудован фотоаппаратурой для космического шпионажа. Эту задачу (под кодовым названием «Зенит») перед главным конструктором ракет и спутников поставила Военно-промышленная комиссия еще в конце 1957 года. Американцы были правы, утверждая, что тот, кто контролирует космос, контролирует и Землю.

Только когда в апреле 1959 года НАСА представило семь кандидатов для полетов в космос, советский лидер Никита Хрущев поручил Королеву заняться полетом людей. «Мы опять должны обогнать американцев!»

Разработки аппарата для полета человека были на начальной стадии, а работы над «Зенитом» значительно продвинулись вперед. Хрущев решил: «Первым делом —космический корабль, а фотографии для военных подождут!»

Не оставалось ничего другого, как снова импровизировать. Главный конструктор ракет и спутников умел работать из расчета на будущее. «Спускаемый аппарат для «Зенита» мы можем использовать и для космонавта».

Советские инженеры завершили первый шпионский спутник «Зенит» только в середине 1961 года. Он был оборудован четырьмя фотоаппаратами, на снимках которых с космических высот якобы можно было разобрать даже отдельные машины на стоянках. Незадолго до конца года спутник попытались запустить, но отказала третья ступень ракеты. Только в следующий раз, 29 апреля 1962 года, спутник удалось вывести на орбиту. Общественности он стал известен как «Космос-4». Но электронное оборудование советских спутников уступало американскому. В прошлом виной тому стал Сталин, который осудил «кибернетику как буржуазную лженауку».

Постепенно советские специалисты разработали систему запуска своих разведывательных спутников, которые возвращались через восемь дней на Землю с фотопленками. Впоследствии спутники оставались на орбите и дольше. Как отметил советский журналист Леонид Лесков, США все же удалось с помощью спутников получить представление обо всех стратегических объектах на всей территории СССР очень скоро. «Нам же удалось получить кадры американской территории позже и значительно худшего качества».

Гонка за посадку на Луне началась

СССР сможет отправить людей для облета Луны в 1966 году. Об этом говорилось в прогнозе в ЦРУ от пятого ноября 1961 года. Через три года туда смогут высадиться первые люди. «Это все, что можно предсказать на основании последних данных».

Таким образом, успехи первых советских космонавтов ослепили даже рационально мыслящих аналитиков спецслужб и многих западных ученых. Кстати, этому во многом помогла пропаганда Кремля.

В мае 1961 года президент Джон Кеннеди заявил, что американские астронавта должны высадиться на Луне и безопасно вернуться домой до конца десятилетия.

Вероятно, советские специалисты приняли этот вызов на гонку за Луну. Об этом свидетельствует статья известного профессора К. Сергеева о 14 октября 1961 года в главном коммунистическом издании «Правда»: «Овладение космическим пространством вокруг Земли станет надежной основой для дальнейшего развития дальних космических полетов. Сначала это будут полеты автоматических станций на Луну с приземлением на ее поверхности. Затем человек облетит Луну и высадится на ее поверхности. Когда на Луне будет создана постоянная научная станция, а затем и промышленная база, можно будет воспользоваться нетронутыми и еще неразработанными ресурсами нашего ближайшего небесного тела в научных и хозяйственных целях».

Подпись под заголовком, направленность статьи и публикация в главном советском печатном органе давали основания предполагать, что автором был большой специалист. ЦРУ вскоре установило, что этот псевдоним использует предполагаемый руководитель советских ракетных и космических разработок академик Сергей Королев, один из немногих ученых, которые приняли участие в последних двух съездах Коммунистической партии СССР.

© РИА Новости, Сергеев | Перейти в фотобанкАкадемик Сергей Королев и космонавт Юрий Гагарин

В информационной брошюре Академии наук за 1958 год приводится его домашний адрес и телефон, а также рабочий телефон. Отправлять корреспонденцию на место его работы предлагалось на абонентский ящик 651. В следующем году данные об академике свелись к некоторым данным о его месте работы. А в брошюре за 1960 год было написано, что Королева можно найти в отделе технических наук. «Эти данные стали подарком для иностранных разведок, — написал Ярослав Голованов в биографии Королева, — поскольку, исходя из того, у кого не было домашнего адреса, можно было понять, кто из членов Академии наук работает над военными заказами». Здесь еще нужно добавить, что предприятия, выполняющие эти заказы, скрывались под абонентскими ящиками.

В последний день 1961 года «проф. К. Сергеев» еще раз подтвердил в «Правде», что Луна будет первой на очереди. Так гонке за Луну был дан старт.

Его мнение косвенно подтвердил Юрий Гагарин. На международном конгрессе космонавтов, проходившем в Афинах осенью 1963 года, Гагарин сказал: «Наши специалисты разрабатывают технику для высадки на Луне: строится корабль и создаются системы дозаправки топлива на околоземной орбите».

Какой будет задача советской суперракеты?

Летом 1962 года американские разведывательные спутники зафиксировали строительство нового старотового комплекса на Байконуре. Аналитики назвали его «Объектом J». Впервые были основания предполагать, что СССР готовится запустить суперракету: в данном случае Н-1.

Впоследствии по фотографиям американцы определили, что монтажный корпус, который там строился, имеет размеры 240 на 190 метров и высоту 60 метров и, несомненно, предназначается для суперракеты. Существование нового носителя косвенно подтвердили и снимки, на которых было видно: самый высокий кран на стартовой площадке достигает 145 метров в высоту.

В 1963 году в штаб-квартире ЦРУ в Лэнгли в предместье Вашингтона разгорелся спор о том, существует ли русский проект по высадке человека на Луне. Информация, полученная спецслужбами, не давала ясного представления об этом.

«Они не собираются этого делать», — утверждал Сейр Стивенс, главный аналитик группы из 15 специалистов отдела Управления научной разведки ЦРУ (Space Division, Office of Scientific Intelligence), в своем докладе. Стивенс исходил из прошлогоднего полета «Восток-3» и «Восток-4», который лишь был демонстрацией запуска двух кораблей, но не более. У русских нет системы стыковки, которую им необходимо освоить для подобной задачи.

Физик Альберт Бад Уилон, недавно назначенный заместителем директора НАСА по науке, напротив, отвергал мнение Стивенса. В конце октября своего подчиненного в споре с Уилоном защищал директор Управления научной разведки Рэй Клайн. Но все напрасно: Уилон от своего мнения не отступился.

Но и в следующем году Стивенс продолжал придерживаться своей позиции. Он снова подготовил анализ, в котором утверждал, что информации о советской лунном проекте нет. Строительство суперракеты, о котором свидетельствуют снимки разведки, не доказательство. Скорее, СССР запланировало большую орбитальную станцию, о которой русские специалисты иногда упоминают.

Сотрудники спецслужб предполагали, что новостей о советской лунной программе от ЦРУ требует генеральный директор НАСА Джеймс Уэбб. Имея такой аргумент, он мог бы отстаивать проект «Аполлона» перед властями: «Посмотрите, мы соперничаем с русскими!»

«У меня нет никакой информации о советской лунной пилотированной программе», — утверждал и Шерман Кент, руководитель отдела Разведывательных сводок ЦРУ, в докладе от 25 апреля 1963 года на десяти страницах.

«Наш прогноз о советских планах от декабря 1962 года был ошибочным. Многие их ракеты и спутники потерпели крушение», — так в январе 1965 года разведчики пытались успокоить президента Линдона Джонсона. И уточняли: «В 1967 — 1968 годах СССР может запустить первую орбитальную станцию и одновременно отправить людей для облета Луны. Работа над их лунной суперракетой затягивается, и первый испытательный полет ожидается в 1968 году. Если все пройдет без проблем, то русские могут высадиться на Луну в 1969 году».

В мае 1965 года аналитики разведки отправили в Белый дом еще более успокаивающую информацию: советский лунный проект, по всей видимости, не будет соперничать с нашим «Аполлоном».

Долл — особенный шпион из числа специалистов

Вероятно, в 1967 году советская разведка начала получать секретную информацию о заокеанской ракетной технике и космонавтике. КГБ получил эти данные от журналиста Гвидо Киндта. Этот бельгиец со временем стал своим человеком в центрах НАСА, а также американских университетах и государственных лабораториях, добившись положения главного журналиста, специализирующегося на авиации и космонавтике. Киндт создал сеть из нескольких своих знакомых, которые снабжали его секретной научной и технической информацией стратегической важности не только из США, но и других стран НАТО.

Западная контрразведка разоблачила шпиона только в мае 1992 года. И хотя не было объявлено, какой именно ущерб он нанес Соединенным Штатам, период, когда он начал свою шпионскую карьеру, подсказывает, что Киндтмог отправлять в Москву уникальные данные, в том числе, о проекте «Аполлон». Интересно, что Киндт не был осужден, а, по всей видимости, договорился с американской или бельгийской контрразведкой о сотрудничестве.

Западным спецслужбам приходилось полагаться на агентов в государственном и военном аппарате, которые имели доступ к документам о ракетных и космических проектах, или же на информированных беглецов, а также на разведывательные самолеты и спутники.

Несколько офицеров Советской армии и спецслужбы КГБ работало на Запад, пока не было раскрыто. Вероятно, наиболее важными были двое «кротов» из военной спецслужбы ГРУ: Олег Пеньковский и Дмитрий Поляков. Полковника Пеньковского раскрыли и казнили в 1963 году, а генерал Поляков был разоблачен 15 годами позже. До тех пор он предоставлял уникальную информацию. Однако их донесения касались преимущественно политических, военных и научно-технических проблем, а не космонавтики. Эта тема была второстепенной. У Вашингтона были или есть информаторы и среди руководящих партийных работников, а также чиновников, чьи имена нам до сих пор неизвестны.

В среде высокопоставленных советских ракетных специалистов у ЦРУ был агент, называемый Долл (Doll) или Дельта (Delta). В 2009 году американские историки нашли документы о нем в архиве Библиотеки им. президента Джонсона в Остине штат Техас. Там было в общей сложности пять секретных разведывательных документов о космической программе. Два были датированы 1966 годом и содержали подробности об отмененном полете «Восход 3», а два другие датированы 1967 годом. В этих говорилось о полете «Союз-1», во время которого погиб космонавт Комаров, и о состоянии советской космонавтики на итогам первого десятилетия. Последнее донесение от апреля 1968 года касалось советского плана по высадке человека на Луне.

Для западных спецслужб было почти нереально получить секретную информацию от людей, проживающих на территории СССР. Любой иностранец, будь он дипломатом, коммерсантом или туристом, заметно отличался от местных жителей: одеждой, походкой, жестами. Встреча иностранца с русским, грузином, литовцем или другими местными гражданами всегда привлекала внимание остальных. Поэтому доклад о существовании агента, называемого Долл или Дельта, который был одним из крупнейших ракетных конструкторов, стал большой неожиданностью.

Историк космонавтики Петер Песавенто охарактеризовал этого информатора в журнале Journal of BIS как человека, который являлся одним из членов высшего руководства главного конструкторского бюро ОКБ-1, а также Совета главных конструкторов. Песавенто даже предположил, что этот человек мог быть заместителем одного из главных конструкторов.

Из этого следует, как пишет Песавенто, что «у американских разведчиков действительно был свой агент внутри бывшего СССР во время космической гонки за Луну, и что он занимал высокий пост». Несмотря на то, что рассекреченный доклад касается всего нескольких событий, наиболее вероятно, агент предоставлял информацию и о других вещах. Однако эти сообщения пока остаются в сейфах за пределами Остина, скорее всего в штаб-квартире ЦРУ. Почему именно эти пять сообщений попали к президенту Линдону Джонсону, неясно. Остаются вопросы: как долго этот агент работал, и какую информацию передал.

ЦРУ скрывает настоящее имя агента Долл, и вряд ли мы его узнаем, в том числе из-за его родственников. Также не стоит ожидать, что американская разведка объяснит, каким образом агент выходил на связь с американскими разведчиками, которые работали в посольстве под дипломатическим прикрытием, и как с ними общался. КГБ пристально следил за всеми западными дипломатами. От этой слежки было очень трудно уйти, однако иногда это все же удавалось.

Американским разведчикам пришлось придумать какой-то способ, чтобы не поставить под угрозу этот уникальный источник информации. Откуда он взялся? Мы можем только предполагать. К примеру, во время неформальной беседы какого-то американца с советскими специалистами, которые ездили за рубеж, был выявлен один — тот, кто имел серьезные претензии к коммунистическому режиму. Потом уже с ним договорились. Это можно было сделать только в тот момент, когда он оставался один. Часто встречи происходили в туалете, куда другим советским гражданам под каким-то предлогом входить запрещали. «Выездные» специалисты не работали над секретными проектами, к которым относились и космические полеты. Однако в среде коллег, которые этим занимались, у них были друзья и знакомые из секретных институтов: среди них и могли вербоваться агенты.

Ракетный конструктор Долл явно относился к тем людям, которые иногда проявляли свое недовольство политикой Кремля. У советского вербовщика, привлеченного, например, в туалете (там, где проще), было два варианта. Либо он останется с интересующим субъектом в дружеских отношениях, и во время бесед выуживает у него информацию. Либо после «прощупывания почвы», будучи уверенным, что тот не выдаст, вербовщик предлагал сотрудничество, а затем выступал в качестве связующего звена между Долл и американцами. Человеку, которому дозволялись международные контакты, было проще передавать информацию: на ресепшене или при якобы случайных встречах, а также во время командировок.

Ни этот вербовщик-связной, ни Долл явно не получали от ЦРУ никакого вознаграждения, ведь, разбрасываясь деньгами, они себя выдали бы. Это были агенты по идеологическим соображениям, противники режима, которые не могли открыто заявить о своей позиции. Шпионов такого рода в коммунистических странах у западных спецслужб были десятки и даже сотни, в особенности в 70 — 80-е годы.

Кроме того, в американском посольстве в Москве работал дипломат, который имел глубокое представление о советских космических разработках. Его доклады были уникальными, и он часто описывал отдельные ключевые события. Однако, сидя в здании посольства, он не получил бы всей этой информации. Поэтому он явно имел одного или нескольких посвященных в проблему информаторов среди советских специалистов.

КГБ старался следить за всеми контактами своих граждан с иностранцами. Поэтому снова встает вопрос, как же эти связи удалось сохранить в тайне.

Западные дипломаты вели активную светскую жизнь: они встречались с высокопоставленными советскими функционерами на раутах, в театре, на официальных и неофициальных переговорах. И там некоторые советские граждане иногда проговаривались, иногда чтобы подчеркнуть свое положение, а иногда это была целенаправленная дезинформация. Кроме того, иностранцы собирали информацию в ходе различных мероприятий, в которых принимали участие.

Советник по экономическим вопросам Посольства США Абрахам Кац отправил в Вашингтон депешу о выступлении космонавта Алексея Леонова на Выставке достижений народного хозяйства в Москве, когда третьего марта 1966 года там устанавливали макет автоматической станции «Луна-9». Леонов говорил о том, что СССР хочет отправить человека на Луну. Также был показан фильм, который иллюстрировал эти планы. В июле, будучи в Токио, космонавт Владимир Комаров подтвердил, что СССР хочет первым высадить человека на Луне.

 

Конец первой части. В продолжении мы узнаем, как ЦРУ следило со спутников за Байконуром.

Источник


Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *

© 2017 Первая Полоса
Дизайн и поддержка: GoodwinPress.ru