Среда, 21 ноября 2018 18 +   Подписка на обновления  RSS  Письмо редактору

Правозащитница Светлана Ганнушкина

08 августа 2016

Санкэй симбун, Япония© РИА Новости, Кирилл Каллиников | Перейти в фотобанкПравозащитница Светлана Ганнушкина

08.08.201672090Tweet

Она сделала все, чтобы поддержать беженцев из бывших советских республик, которые появились во время хаоса, последовавшего за развалом СССР и конфликтами на постсоветском пространстве. Ее считали самым подходящим кандидатом на получение Нобелевской премии мира.

Меня часто спрашивают, не страшно ли мне находиться в конфронтации с властью, но мне совершенно не страшно. Кто-то боится высоты, кто-то — темноты. Страх — понятие субъективное. Я не почувствовала страха, даже когда попала в расстрельные списки ультранационалистов. Мне предложили нанять телохранителя.

Для чего? Если меня захотят застрелить, то под пулями окажется он. Если его убьют, что я буду делать? Все три правозащитные организации, с которыми я связана, правительство признало представителями иностранного государства, что означает «шпионами». Значит, я трижды представитель. Идиотизм.

Я несколько раз встречалась с Путиным. В последний раз он заставил меня ждать его пять часов. Я потребовала прекратить попытки принять законопроект, в соответствии с которым тех, кто оказывает помощь беженцам, начали бы преследовать. Он мне ответил: «Мне неинтересно с вами разговаривать. Почему? Потому что у вас нет шампанского». Я сказала, что мне оно не нужно, и в этот момент его свита передала мне шампанское. Сцена, как в театре.
КонтекстЗеман — жертва российской пропагандыiDNES.cz24.11.2014Свобода творчества и правозащита в РоссииSveriges Radio14.10.2015«Мемориал» под угрозой запретаРусская служба RFI12.11.2015Зачем бить по «Мемориалу»?Gazeta Wyborcza17.11.2014
Мы подняли бокалы, и я рассказала ему о своих проблемах. Он сказал: «Перед тем, как принимать закон, необходимо все обдумать». Тем не менее ничего не произошло. Президент подписал закон.

Вот в этом весь Путин. Он может поцеловать младенца в животик. Но он не понимает, что из-за его законов люди оказываются в бедственном положении.

В 1980-х годах Ганнушкина преподавала математику в одном из московских университетов. Ее заинтересовал конфликт между Арменией и Азербайджаном, и она посетила Азербайджан.

В Азербайджане я встретилась с людьми, которые сбежали из Армении. Это были очень бедные крестьяне. По их словам, раньше азербайджанские и армянские деревни находились по соседству, и они жили вместе.

Некоторые пришли пешком. Они говорили, что их вооруженные армянские товарищи приказали им покинуть дома. Тогда ослабла центральная власть Советов, и ситуация дестабилизировалась. Это стало оправданием для высылки приезжих. Дело происходило в декабре, посреди зимы. Одна женщина сошла с ума от того, что ее новорожденный ребенок умер от холода. Это были беженцы, с которыми я повстречалась впервые. Тогда я поняла, что моя судьба — помогать этим людям.

В конфликтах нет азербайджанцев и армян. Есть те, кто страдает, и те, кто делает свою карьеру и получает политическую власть.

Светлана Ганнушкина:

Родилась в Москве 6 марта 1942 года. Окончила МГУ. Около 30 лет преподавала математику в российских университетах. В 1988 году начала помогать беженцам, которые появились в результате территориального конфликта между Арменией и Азербайджаном. Сделала список заключенных и способствовала возврату многих из них. В 1990 году участвовала в создании комитета «Гражданское содействие», который помогает беженцам и мигрантам. Затем стала его представителем. В 1993 году приняла участие в создании правозащитного центра «Мемориал». Помогала беженцам, появившимся в результате чеченского конфликта.

Источник


Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *

© 2018 Первая Полоса
Дизайн и поддержка: GoodwinPress.ru