Пятница, 14 декабря 2018 18 +   Подписка на обновления  RSS  Письмо редактору

Европа не осознает опасность информационной войны

12 марта 2017

Info.cz, Чехия© РИА Новости, Алексей Дружинин | Перейти в фотобанкЕвропа не осознает опасность информационной войны

11.03.2017355100TweetЛуция Беднарова (Lucie Bednárová)

Члены Евросоюза, включая Чешскую Республику, слишком осторожничают и не осознают, насколько большую опасность для их дальнейшего существования представляет собой информационная война, которую ведет Россия. А ведь им следует открыто говорить о российской агрессии и выделять больше средств на контрпропаганду. В интервью порталу INFO.CZ об этом заявил чешский депутат Европейского парламента от партии TOP 09 и бывший журналист Яромир Штетина. Он также прокомментировал события на Украине, роль России и Соединенных Штатов, а также заявил о необходимости запретить в Чешской Республике Коммунистическую партию Чехии и Моравии (KSČM), которая, по его словам, является пособником Москвы и распространяет ее ложь и пропаганду.


INFO.CZ: Недавно вы заявили в Европейском парламенте, что ЕС должен во всеуслышание осудить экспансивную политику России. Вы полагаете, что ЕС сегодня делает недостаточно?

Яромир Штетина: Что касается России, то ЕС проигрывает в информационной войне на несколько очков. Россия выделяет огромные деньги на финансирование гибридной войны, которую она ведет против Евросоюза. Я имею в виду самые разные ресурсы, например, Russia Today, Sputnik и так далее. ЕС абсолютно не защищается. Я несколько раз публично критиковал Федерику Могерини (верховного представителя Европейского союза по иностранным делам и политике безопасности — прим. ред.), которой члены ЕС доверили собрать команду, способную бороться с кремлевской ложью. А Могерини создала группу, в которой всего около 15 человек. Как подобная крошечная структура может конкурировать с миллионами долларов, которые Москва вливает в информационную войну? Могерини, к сожалению, не осознает, что у этой войны только одна определенная цель — развалить ЕС. Но мы же не можем этого допустить.


— Вы считаете, что Евросоюз в целом недооценивает ту опасность, о которой вы говорите?

— Я думаю, что многие в ЕС, включая госпожу Могерини, не осознают, что ситуация очень серьезна. В Европейском парламенте существует две отчетливо выделяющиеся группы депутатов. По одну сторону — депутаты традиционных стран-членов ЕС, а по другую — депутаты тех государств, которые когда-то входили в советский блок, включая нас. У этих государств совершенно другой исторический опыт, отличный от французского, итальянского, немецкого или испанского.

Западные страны просто не понимают важнейших вещей, например, того, что необходимо называть вещи своими именами и открыто говорить о русской имперской политике и агрессии. Подобная осторожность присуща как Европейскому парламенту, так и Европейской комиссии, и это может быть опасно, потому Россия представляет собой один из самых больших рисков для безопасности Европейского Союза, в том числе, разумеется, и для Чешской Республики.


КонтекстНовая информационная холодная войнаPolitiko11.10.2016Информационная война ПутинаThe Wall Street Journal01.08.2016Информационная гибридная война РоссииДень22.07.2016— С чем вы связываете эту осторожность старых членов ЕС?

— За осторожностью всегда кроется бизнес, будь то речь о России, Азербайджане или других богатых странах. К сожалению, целый ряд стран Евросоюза, включая Чешскую Республику, отбросили вопрос защиты прав человека как старый ненужный хлам. И бизнес сегодня ставится выше прав человека. Жаль, что это касается и России. А ведь именно великому русскому гуманисту и правозащитнику Сергею Ковалеву стоило бы вручить Нобелевскую за его известное изречение о том, что нарушение прав человека не может быть внутренним делом ни одного государства. Теперь этот принцип просто не существует.


— Должны ли страны, которые когда-то были частью восточного блока, оказывать на Западную Европу большее давление, чтобы та боролась с российской пропагандой?

— Проблема Чешской Республики — в коммунистах, которые не скрывают своего желания создать новый коммунистический интернационал. Никто не понимает, насколько это опасно. Партия KSČM — это явная пятая прокремлевская колонна, а если учесть, что главным требованием коммунистов во внешней политике является выход ЧР из НАТО, то мы, безусловно, имеем дело с коллаборационистами Кремля.


— Так какими же более эффективными средствами ЕС может бороться с российской гибридной войной и пропагандой?

— Только вливаниями денег в контрпропаганду. На прошлой неделе я встретился с начальником радиостанции «Радио „Свободная Европа»» Томасом Кентом. Он рассказал мне, что запланировано вещание для стран-сателлитов России, то есть ее бывших колоний, где проживает так называемое русскоязычное население. Это Прибалтика, Украина, Белоруссия и Южный Кавказ. Я снимаю перед этим проектом шляпу, потому что таким образом Америка будет вместо Европы делать то, что должен делать именно ЕС. В истории, быть может, такое уже случалось, потому что Европа после войны была слабой и разрушенной. Но теперь она должна взять все в свои руки.


— Как вы оцениваете нынешнюю российскую политику в отношении Украины? Испытывает ли таким образом Владимир Путин новую администрацию США, проверяя, насколько далеко может зайти?

— То, что сейчас происходит на Украине, случилось бы, даже если бы новым президентом Соединенных Штатов был избран не Трамп. Сегодня в СМИ появилась интересная новость о том, что российские президентские выборы, запланированные на 2018 год, состоятся в годовщину аннексии Крыма. Вот так делаются дела! Если вы хотите, чтобы вас снова выбрали президентом, вы должны что-то дать народу, а он вознаградит вас голосами. Приняв такое решение, Путин дал понять, что на выборах можно победить, украв какую-нибудь территорию. Для этого Трамп ему и не нужен.

Кроме того, Путин уже пересек известный Рубикон и превратился из автократа в диктатора. Диктаторы всегда боятся за свою жизнь. И те же страхи есть у Путина. Он явно уже начал задумываться о том, что как только перестанет быть президентом — максимум через полгода после завершения его срока — предстанет перед судом, международным или российским. Именно поэтому его в первую очередь заботит собственное спасение.


— Как далеко может зайти Путин?

— Чтобы народ любил его, он вынужден постоянно обещать, что не допустит, чтобы кто-то обидел Россию. Тем самым Путин концентрирует внимание на русском комплексе неполноценности. Чем еще может гордиться рядовой россиянин, если только не размером своей страны? Если кто-то посягнет на нее, то он начнет сопротивляться. Более того, Путин подпитывает этот комплекс: теперь он говорит, что российское государство не только не уменьшится, но и станет больше, чем сегодня. Здесь и следует искать корни нападения на Украину. Личная роль Путина, который, разумеется, находится под большим давлением еще более воинственных людей в своем окружении, чем он сам, имеет большое значение.


— Чего хотят эти люди?

— С давних пор русские маршалы мечтают покорить северное побережье Черного моря. Это стратегический вопрос. Если мы не поможем Украине, Россия может посягнуть на территории вплоть до Днестра.


— Что же должен сделать Европейский Союз?

— Мне интересно — и, кстати, я спрашивал об этом госпожу Могерини — существует ли какой-то запасной план по Минским договоренностям. Мне было сказано, что нет. Минские договоренности хороши в том, что могут быть использованы как аргумент для продления санкций против России, но они не работают. На Украине опять ведутся бои, и люди там снова умирают. Неужели мы будем ждать «Минска-8»?

Дестабилизация Украины крайне опасна, в том числе и для нас. Если конфликт будет обостряться или произойдет какая-то гуманитарная катастрофа, беженцами могут стать миллионы людей. На Украине — более миллиона так называемых внутренне перемещенных лиц, то есть беженцев, которые блуждают по стране и не едут за границу. Куда, как вы думаете, они направятся? Боюсь, в таком случае даст о себе знать наша недалекая политика (в приеме мигрантов из южноевропейских стран — прим. ред.). И тогда уже нам самим придется просить помощи, а немцы только пожмут плечами.

Жаль, что Европа не замечает антикоммунистического подтекста всей украинской борьбы. Украинцы помнят голодомор, сталинские лагеря и безумное правление Брежнева. Они не хотят становиться частью Евразийского союза, в который их зазывает Путин. Но, к сожалению, наши коммунисты это понимают и боятся. Поэтому они и стали пособниками Москвы и повторяют ее ложь.


— Каким должен быть «план Б», о котором вы упомянули?

— У меня есть такой план, но меня никто не слушает. Украине нужно оружие и другие военные средства, чтобы она смогла защитить границу с Россией и таким образом завершить войну своей победой. Если этого не случится, у нас будет очередной замороженный конфликт на Донбассе, как в Нагорном Карабахе, где война тлеет 25 лет.


— Как на ситуацию может повлиять новый американский президент Дональд Трамп?

— Моя мать — чешская американка, которая воспитала во мне уважение к американской демократии и свободе. И я верю в американскую демократию и в то, что она сдержит Трампа. Это подтверждает развитие событий после представления первого проекта «антимиграционного» указа.


— То есть вы не боитесь озвученных Трампом планов по политике в отношении России? Новый президент несколько раз заявлял, что будет вести дела с Москвой не так, как предыдущая администрация президента Барака Обамы.

— Сегодня я как раз беседовал с коллегами из партии христианских демократов о том, что нам стоит дать Трампу сто дней на самозащиту. Пока этот срок не вышел. Он должен освободиться от той риторики, которая принесла ему победу. И в этом, я думаю, республиканцы ему помогут и не допустят, чтобы он нарубил еще больше дров. Но, разумеется, мне не нравится то, что делает Трамп, как и его спесивая риторика. Даже самые великие американские президенты были в определенной степени скромны.


— Вы недавно вернулись из Нагорного Карабаха, где вместе с другими депутатами были наблюдателем на выборах. Из-за этой поездки Азербайджан объявил вас в международный розыск. Не боитесь ли вы, что за вами придут люди из Интерпола?

— Я обратился в Интерпол и хочу знать, арестует он меня или нет. Я жду ответа, но полагаю, что заключение мне не грозит. Интерпол не занимается делами с политической подоплекой. Моя поездка была однозначным политическим жестом. Однако я все равно должен проявлять осторожность, потому что меня могут выдать страны, сотрудничающие с Азербайджаном, в том числе Белоруссия. Список стран, куда мне запрещено ездить, уже и без того — довольно большой, и это меня беспокоит.


— Премьер-министр Соботка недавно заявил, что партия ČSSD готова к тому, чтобы после выборов рассмотреть варианты сотрудничества с коммунистами. ČSSD — не единственная. Ранее о том же заявила партия ANO, хотя теперь ее отношение к коммунистам можно назвать скорее негативным. Какой будет роль партии KSČM в выборах?

— Я думаю, что коммунисты вместе с кем-нибудь войдут в правительство. Если с ČSSD, то все будет во многом зависеть от их чувства самосохранения. Если оно социальным демократам изменит и они войдут в правительство вместе с коммунистами, ČSSD придется учесть, что ее поглотят, как уже случалось в прошлом.


— Какую позицию в этой связи должны занять правые партии во главе с TOP 09, от которой вы были выбраны в Европейский парламент?

— В таком случае у нас должна быть как минимум сильная оппозиция в парламенте. Несмотря на то, что я не являюсь членом TOP 09, я утверждаю, что единственной партией, которая заявляет, что никакого сотрудничества не будет, является имеггл TOP 09. Более того, это единственная партия, которая отстаивает проевропейскую позицию. В той борьбе между Востоком и Западом, которая сейчас ведется, необходимо, чтобы кто-то о ней ясно говорил.


— Вы выступаете за то, чтобы запретить в Чехии коммунистическую партию. Но многие говорят о том, что это не решит проблемы, поскольку коммунисты не исчезнут, а смогут создать новую партию. Как вы ответите на эти аргументы?

— Как-то раз незадолго до его смерти я спросил Вацлава Гавела, почему в свое время он не сделал этого, будучи президентом. Он рассказал, что надеялся на распад их партии, ноэ этого не произошло. Гавел признал свою ошибку, но не успел сделать это публично. Политика — дело символов, и поставить коммунистов вне закона — лучший жест для того, чтобы сказать: то, что они творили у нас, было неправильно. Пока мы не сделаем этого, нам придется жить под угрозой того, что однажды они выведут нас из НАТО. Сейчас снова настало подходящее время для того, чтобы поднять тему о запрете коммунистов.


— Вы утверждаете, что нам следует отмежеваться от коммунистической партии KSČM. Но разве на политической арене нет других более опасных субъектов, например, ксенофобских и националистических партий?

— Разумеется, коммунисты — не единственная сила. Время их монополии прошло. Несомненно, существуют и другие опасные субъекты, которые значительно опаснее коммунистов. Более того, они объединяются, и, например, выступают единогласно в Европейском парламенте. Конечно, может случиться так, что эти склонные к фашизму партии одержат верх — или все они перегрызутся друг с другом.

 

Источник


Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *

© 2018 Первая Полоса
Дизайн и поддержка: GoodwinPress.ru